– Даже если б у меня и был! Я их никогда не ем. Не выношу цыплят. Меня воротит от них! – Поляка охватило веселье – он достал расческу и начал расчесывать свою бородку. – Для меня бы этот цыпленок ничего не значил.

– О боже, это же никому не интересно! – сердито закричал лысый.

– Даже если бы цыпленок был здесь, я бы не стал его есть, – победно заявил поляк.

– О боже! Вы слышали что-либо подобное! – Обладатель курочки в отчаянии закрыл лицо руками.

– К жареным курочкам он равнодушен, – сказал Штайнер. – Наш Иисус Христос совершенно неуязвим. Диоген

– Ну, а что вы скажете насчет отварной?

– Тоже не ем, – уверенно ответил поляк.

– А фаршированной?

– Вообще никаких! – Поляк сиял.

– Я сойду с ума! – завыл измученный обладатель цыпленка.

Штайнер обернулся.

– А яйца? Иисус Христос, куриные яйца?

Улыбка исчезла.

– Яички, да! Яички с удовольствием! – На его лице с общипанной бородкой замерцало голодное выражение. – С большим удовольствием!

– Слава богу! Наконец-то, брешь в совершенстве!

– Яички очень люблю, – уверял поляк. – Четыре штуки, шесть штук, двенадцать штук; шесть штук – всмятку, остальные – жареные. С жареным картофелем и салом.

– Я не могу больше этого слушать! Прибейте его к кресту, этого прожорливого Христа! – заорал обладатель цыпленка.

– Господа, – раздался приятный бас с русским акцентом. – Зачем так волноваться из-за недостижимого. У меня с собой есть бутылка водки. Хотите попробовать? Водка согревает сердце и улучшает настроение.

Русский откупорил бутылку, сделал пару глотков и передал ее Штайнеру. Тот немного отпил и передал дальше. Керн покачал головой.

– Пей, мальчик, – сказал Штайнер. – Стоит выпить. Должен научиться и этому.

– Водка – очень хорошо, – подтвердил поляк.