Герцог. Женитьба на женщине, которая вас не любит, — это непоправимая ошибка, Альбер, и, пока я жив, вы не совершите ее.

Маркиз. Но почему вы думаете, папа, что Инесса отвергает мои чувства? Кроме того, если она станет моей женой, я постараюсь добиться ее любви, и, право же, я смею надеяться на успех.

Герцог. Позвольте вам заметить, сын мой, что подобные солдатские замашки в данном случае совершенно неуместны.

Маркиз. Во всяком другом вопросе, отец, ваше слово для меня непреложный закон. Но каждое поколение любит на свой лад. Умоляю вас, не медлите с нашей свадьбой. Инесса, как и подобает единственной дочке, очень своенравна. Поэтому благосклонность, с которой она принимает ухаживание какого-то авантюриста, должна бы вас тревожить. Право, не понимаю, почему вы так холодны сегодня. Не говоря уже о моей любви к Инессе, — где мне сыскать лучшую партию? Я стану, как и вы, испанским грандом; больше того — принцем. Папа, неужели вас не радует это?

Герцог (в сторону). Сказалась материнская кровь! О, Луиза сумела разгадать мое уязвимое место. (Вслух.) Знайте, сударь, что нет ничего выше славного имени герцога де Монсорель.

Маркиз. Я обидел вас?

Герцог. Довольно! Вы забываете, что я сам подготовил этот брак, еще когда был в Испании. Имейте, однако, в виду, что госпожа де Кристоваль не может выдать Инессу без согласия отца. Мексика только что провозгласила свою независимость