Еще один толчок тряхнул грузовик, ряды людей снова развалились как карточный домик. Кузнец аккуратно подхватил старика за плечи и мягко сказал:

— Дедушка, меня зовут Гхолам. А тебя?

— Гуарди Гуеджи, — ответил старик.

— Гуарди Гуеджи, Гуарди Гуеджи, — повторил кузнец и заулыбался, — Воробей весит больше, чем ты!

Ландшафт становился все более пологим. На высоте 4000 метров стал виден перевал Хайбер.

На первом же повороте по ту сторону высоты, машины остановились.

Там, с северной стороны перевала, находилось широкое, каменистое плато, огороженное с запада горами, а с востока обрывом, в котором грохотал водопад. Здесь было идеальное место для остановки и отдыха всех грузовых караванов, тянущихся через Гиндукуш. Несколько дюжин грузовиков, стремящихся в противоположных направлениях, всегда стояло здесь. Машины, идущие на север, выстраивались со стороны водопада, а остальные, напротив — вдоль скалы.

По обеим сторонам плато стояли ряды небольших домиков, так называемых чайхан, где могли передохнуть люди. Там пили исключительно чай, черный или зеленый. Стены их были из смеси глины и соломы, а все архитектурные особенности представляли собой темное помещение внутри и длинную, крытую, веранду снаружи.

Именно на этой веранде и располагались путешествующие.

Конечно, снаружи было холодно, и ветер пронизывал до костей, но кто из-за подобных мелочей хотел лишать себя живого представления, которое шло прямо тут же? Яркие картины все прибывающих караванов, новых людей, друзей, которые приветствуют друг друга, встретившись на этом перевале снова…

Где еще, во всем Афганистане, кроме как на перевале Хайбер, можно было найти одновременно людей из Кабула и Хазара, из Кандагара и Джелалабада, из Газни и Мазари Шарифа? В зависимости от племени и провинции, из которой они были родом, одеты они были различно: широкие рубахи, узкие туники или же длинные и ниспадающие складками, а на голове то тюрбан с широким, выпущенным на плечо концом или же закрученный, как высокая корона, вот персидские шапки-кула, тюбетейки из яркого шелка, или высокие шапки из грубой овечьей шерсти.