Разбойник Хотценплотц погладил свою черную бороду и ухмыльнулся. Он был рад, что придумал из остатка песка, который был в ящике, насыпать второй след. Надо надеяться, что Касперль и Сеппель будут так неосторожны, что разделятся. В конце каждого следа их обоих ждал сюрприз, об этом Хотценплотц позаботился. Левый след был настоящим, поскольку он вел в разбойничье логово. Но самое ужасное было то, что разбойник Хотценплотц стоял недалеко от входа в убежище за широким стволом старого дуба с заряженным пистолетом. В стволе пистолета были не пули, а заряд молотого перца. А выстрел молотым перцем, считал разбойник Хотценплотц, был в данном случае самым подходящим. Скоро послышались шаги, и между деревьями появилась ярко-красная шапочка с кисточкой: итак, это Касперль! Разбойник не мог знать, что на Сеппеле была шапочка Касперля. Он хладнокровно прицелился и выстрелил перцем из пистолета. Бедный Сеппель! Заряд перца попал ему прямо в лицо. Он ничего не видел и не слышал, он чихал, плевался и кашлял беспрестанно.

Теперь разбойник Хотценплотц мог с ним легко справиться. Усмехаясь, Хотценплотц связал ему руки и ноги веревкой, взвалил к себе на плечи и понес в свое разбойничье логово. Там он кинул его в угол.

Он подождал немного, пока Сеппель пришел в себя, и с усмешкой произнес:

— Добрый день, Касперль! Добро пожаловать в мое убежище, оно тебе нравится? Мне очень жаль, что у тебя кашель. Но тут уж ничего не поделаешь, ты сам виноват! Ты не должен совать свой нос в те вещи, которые тебя не касаются.

Сеппель не мог ничего ответить, он чихал.

— Будь здоров, Касперль! — сказал разбойник Хотценплотц.