— Всегда готов!

Цвакельман щелкнул пальцами. Он наколдовал из воздуха серебряную упаковку нюхательного табака и протянул ее Хотценплотцу.

— Пожалуйста, к твоим услугам! Хотценплотц взял изрядную понюшку табака и втянул его носом. Он так ужасно чихнул, что крокодил чуть не упал с потолка.

— Чертовски хорошо, мой дорогой, вот это я называю табаком! Он в три раза крепче толченного стекла. Где ты его берешь?

— Собственное изготовление, — сказал великий волшебник Цвакельман, — моя собственная смесь, сорт под названием «Утешение носа». Давай, возьми еще!

Хотценплотц просиял, ему в голову пришла мысль.

— Давай провернем одно дельце?

— Гешефт? — спросил Цвакельман.

— Да, — сказал Хотценплотц, — сделку с нюхательным табаком. Цвакельман поморщился.

— Что ты можешь мне предложить? — спросил он. — Ты разве не знаешь, что денег у меня куры не клюют?

— Но кто же говорит о деньгах? — сказал Хотценплотц. — Я предлагаю тебе нечто гораздо лучшее. Это то, что ты уже давно напрасно ищешь…

— То, что я уже давно напрасно ищу? — великий волшебник навострил уши. — Это случайно не новая книга о колдовстве?

— Нет, это слуга!

— Аха! — вскричал великий волшебник Цвакельман. — Правда? Слуга? Но он достаточно глуп?

— Глупее некуда, — сказал разбойник Хотценплотц.

— А где он?

— Здесь, в моем мешке! Хотценплотц развязав узел, мешок соскользнул вниз, и появился Касперль в шляпе Сеппеля. Петрозилиус Цвакельман щелкнул пальцами и наколдовал очки. Он нацепил их на нос и стал внимательно разглядывать Касперля. Касперль насколько смог сделал глупое лицо.

— Он действительно настолько глуп, как выглядит? — спросил великий волшебник Цвакельман.

— Точно, — ответил Хотценплотц.

— Это хорошо, — сказал Цвакельман, — это очень хорошо! А как его звать?

— Сеппель.