Великий и злой волшебник Петрозилиус Цвакельман вернулся в замок около восьми вечера очень голодным. Позади был утомительный день, но вот он опять дома, теперь можно наесться от пуза.

— Надеюсь, что жареная картошка готова! — проворчал он. Из замковой башни, где он приземлился, великий волшебник немедленно направился в столовую.

Он сел за стол, повязал себе салфетку, хлопнул в ладоши и крикнул:

— Сеппель, подавай на стол!

Прошло некоторое время, но ничего не произошло.

— Сеппель! — крикнул Цвакельман. — Подавай на стол! Ты не слышишь, что я тебя зову? Где же ты? — Но и в этот раз ответом была тишина. — Ну погоди, ты, соня! — прорычал великий волшебник. — Сейчас я тебе задам!

Он щелкнул пальцами и наколдовал себе кожаную плеть. Потом он побежал на кухню и стал кричать:

— Иди сюда, дьявольское отродье! Что ты себе позволяешь, жалкий лентяй, несчастный слуга? Ты хочешь заставить ждать великого волшебника Цвакельмана? С тобой все кончено, лодырь ты эдакий! Я поколочу тебя до полусмерти! Вдруг он заметил, что на кухне все еще стояли три ведра картошки, которая была даже не почищена.

— Что? — крикнул он. — Как? Ты не сделал свою работу? Черт побери, ну попадись мне!

Но ни ругань, ни крики не помогали. Тогда великий волшебник прорычал:

— Аха, я знаю, парень спрятался. Но я найду его! Да, черт возьми, я найду его — и тогда он меня узнает! — Петрозилиус Цвакельман щелкнул пальцами: плеть превратилась в горящий факел. Держа факел над головой, он стал вдоль и поперек обшаривать весь замок. Он искал во всех залах и каморках, он спускался в подвал и поднимался на чердак, освещал каждый уголок, осматривал все ниши и углы, под мебелью и за занавесками. Но несмотря на то, что он искал и искал, он ничего не находил.