- Слушайте! Слушайте все, кого это касается!

Тут гайдук делал паузу и, будто загрустивший гусь, склонив набок похожую на редьку голову, ловко дотягивался губами до горлышка плоской баклаги, спрятанной у него за пазухой. Сделав добрый глоток, Пинте громоподобно дочитывал главную часть своего объявления:

- Особы, желающие стать женами турецкого султана, должны явиться для регистрации к господину бургомистру. Последний срок - воскресенье.

Вот уж было в городе разговоров да смешков по поводу столь необычного объявления!

- С ума спятил бургомистр, что ли?

- Дитя малое! - возмущались многие.

Те же, кто знал, какую цель преследуют все эти меры, с, сомнением качали головами:

- Не выйдет у Лештяка ничего!

Зато сторонники молодого бургомистра дивились и радовались: все же большое это дело, если турецкий император намерен взять в жены их землячку! Видно, отличный вкус у султана. (Пусть теперь Надькёрёш лопнет от зависти.)

Девицы же и надеявшиеся еще раз выйти замуж вдовушки возмущались, обсуждая неслыханное доселе предложение. Целых пять дней точили озорницы лясы на эту тему: у колодцев, у льномялок и повсюду, где им только случалось сойтись по двое, по трое.

А замысел бургомистра понемногу, словно улитка, высовывал рога, Прошел слух, что Магомет IV в скором времени при, едет в Буду и что это ему готовят в подарок сотню волов, пятьдесят лошадей, золотой кнут, золотой топорик и четырех самых красивых женщин, которых господа сенаторы отберут для гарема из числа кечкеметянок, добровольно изъявивших желание стать женами султана.

- Только четырех?! - озорно захохотала красавица Инокаи, готовившая варенья на зиму. - О, бедный турецкий император!

- А знаешь ли ты, сестрица Воришка, - решил просветить ее Мате Тоот, - что у него и без наших четырех уже триста шестьдесят шесть жен есть?

- Вот дел-то у него по утрам, - заметила белобрысая и чуточку глуповатая Уги. - Каждую ведь отколотить надо.