Когда Эллен вернулась, я был уже одет и собирался идти. Я еле мог ответить на её объятие. Она что-то ещё надела, она хотела проводить меня вниз, до самого подъезда, я не возражал и всё ещё ничего не говорил. В подъезде она прижалась к стене, чтобы не быть замеченной, и прошептала:

— До свидания.

— До завтра? — спросил я осторожно.

— Нет, не завтра.

— Почему не завтра?

— Молчи, милый, я должна завтра идти на похороны, умер один родственник. Вот, теперь ты знаешь.

— Так послезавтра?

— Да, послезавтра, я буду ждать тебя здесь, в подъезде. Прощай.

Я ушёл…

Кто она была? И этот покойник? Как он сжимал кулаки, в какой трагикомической гримасе застыли углы рта! Послезавтра она будет снова ждать меня — идти или нет?

Я направляюсь прямо в кафе «Бернина»

Я долго сижу и думаю. Живут муж и жена, она на тридцать лет моложе его, он долго болеет, однажды он умирает.

Молодая вдова вздыхает с облегчением. Жизнь, безумная очаровательница жизнь, зовёт, и она покорно отвечает на этот голос: иду!

В тот же вечер она идёт на Вестерволь…

Эллен, Эллен — послезавтра!