У Годвина, роман которого «Калеб Вильяме» был в сфере самого пристального внимания Бульвера, — Фолкленд, наделенный обликом, манерами и речами весьма порядочного и благородного человека, оказывается, в известных условиях, отъявленным негодяем. Но два человека, показанные в одном, совершенно не сочетаются между собою, они только объединены одним именем. Бульвер вступает на другой путь: он обнаруживает оттенки, он видит единство противоречивой и сложной личности человека.

Отравленный дендизмом высшего общества, Винсент в то же время, отстаивая господство разума, высказывает многие серьезные мысли, которые отвечают реальным потребностям передовых людей его времени.

Образ лорда Гленвила тоже задуман как образ живой и конкретный. Сочетание в нем черт благородной человеческой натуры и аристократических предрассудков привело его в прошлом к ситуации трагической и страшной. Горячо любимую им женщину, которую он, в силу сословных предрассудков, не решался удостоить чести стать его женой, оскорбляют как его любовницу.

Но эта трагическая завязка толкает Бульвера на совершенно чуждый основному строю романа путь патетической мелодрамы. Полемизируя с мрачной разочарованностью Гленвила, Бульвер, однако, создает целый ряд эпизодов, с ним связанных, в духе Юнга, в духе Анны Редклиф, смешивая сентиментальную романтику с «готическим» романом кошмаров и ужасов и с уголовным романом.

Обаятельный красавец, мудрец, окруженный книгами, отзывчивый и великодушный человек и жестокий мститель, преследующий своего врага, — эти два облика лорда Гленвила, конечно, остаются внутренне разобщенными. Много наивного и беспомощного в этом образе и в том, что связано с ним.

Но не вес в «уголовной» части романа написано слабо. Один из самых оригинальных образов — это Джоб Джонсон, предшественник бальзаковского Вотрена.