
Образы «Пелэма», конечно, не достигают ни жизненности, ни идейной остроты теккереевских образов; примеси сентиментального, мелодраматического, «ужасного» ослабляют действие бульверовского романа. И чрезвычайно характерно двойственное отношение Теккерея к Бульверу, которое видно по письмам и статьям первого из них на протяжении многих лет. Теккерей часто восхищается Бульвером, порою преувеличивает его талант, ставя его рядом с Диккенсом. И в то же время Теккерей постоянно нападает на Бульвера: он особенно ясно видит, что мешает автору «Последнего барона» и «Моего романа» стать до конца реалистическим, большим романистом.
Бульвер после «Пелэма» то порывает с реализмом, создавая уголовные романы, то уходит в мелочное и дробное изображение жизни, только внешне напоминающее естественность манеры Стерна.
В это время Н. Г. Чернышевский противопоставил Бульверу Годвина. Чернышевский высоко ценит ум и остроту в произведениях Годвина. У Бульвера не было той целеустремленности и цельности, которые были у автора «Калеба Вильямса», Не отрицая таланта Бульвера, Чернышевский из этих антиподов решительно предпочитает более раннего писателя, чьи произведения проникнуты духом французской революции.
Многочисленные сочинения Бульвера еще ждут настоящей оценки. Но нельзя забывать, что в самом конце жизни он создал еще одно истинно замечательное произведение — «Кинельм Чилингли» (1872). В этом романе — широкое, вольное дыхание, глубоко и любовно задуманный образ главного героя, остро критическое изображение жизни. Это произведение создавалось, когда Теккерея и Диккенса уже не было в живых. Бульвер был их предшественником, их современником, впоследствии он стал их преемником. Влияние Диккенса чувствуется в благодушном юморе последнего бульве-ровского романа. Но образ главного героя совершенно оригинален и, в некоторых отношениях, перерастает образы Диккенса п Теккерея. Это образ человека, мыслящего глубоко и тонко, жаждущего правды и в общих вопросах мировоззрения, и в повседневной жизни, и, особенно, во взаимоотношениях с людьми. Скитания Кинельма — это деятельные и жадные поиски нового пути в жизни, искания человека справедливого, мечтательного и наивного.
