С того первого воскресенья, когда я получил при глашение выпить кофе, меня больше не звали на кухню, да я и сам не хотел и старался избежать этого. Меня мучил стыд. Но однажды пришла служанка и передала мне, что нельзя всякое воскресенье удирать в лес, пожа луйте пить кофе. Так велит госпожа.

Что ж, ладно.

Надеть ли городское платье? Конечно, не плохо бы показать этой фрекен, что я по собственной воле покинул город и надел блузу, хотя у меня золотые ру ки, и я могу провести водопровод. Но когда я нарядился, то сам понял, что рабочая блуза мне куда больше к лицу,– скинул городское платье и спрятал в мешок.

Но на кухне меня ждала вовсе не фрекен, а жена пастора. Она положила под мою чашку белоснежную салфетку и долго болтала со мной.

– Знаете, фокус, которому вы научили моего сына, обходится недешево, – сказала она со смехом. – Маль чик уже извел с полдюжины яиц.

Фокус состоял и том, чтобы поместить очищенное крутое яйцо в графин с узким горлышком, разредив в нем воздух. Это было едва ли не единственное, что я знал из физики.

– Зато опыт с палкой, которую кладут на две бумажные рогатки и ломают одним ударом, очень полезен, – продолжала она. – Правда, я в этом ничего не смыслю, но все же… А когда будет готов колодец?

– Он уже готов. Завтра с утра примемся рыть ка навы.

– Много ли на это надо времени?

– С неделю. И тогда начнем класть трубы.

– Вот как!

Я поблагодарил за кофе и ушел. У нее была при вычка, наверное, еще с детства, разговаривая, погля дывать искоса, хотя в словах ее не было и тени лу кавства…

Листья в лесу понемногу желтели, осень давала себя знать. Зато наступила грибная пора, грибы вылезают повсюду и дружно растут – шампиньоны и моховики сидят подле пней и кочек.