Крупный план: отчаяние Адама постепенно переходит в решимость.
Адам едет на автобусе к Ганноверским воротам.
Идет к своему дому.
Парсонс открывает дверь. Миссис Дауэр нет дома; мисс Джейн нет дома; нет, Адам не хочет чаю.
Комната Адама. Можно сказать, очаровательная: на верхнем этаже; за окнами деревья; в полнолуние слышно животных из зоопарка. Адам входит и запирает дверь.
Гледис уже догадывается.
— Ада, самоубийство.
— Да, но она появится вовремя, чтобы остановить его. Вот увидишь.
— Не будь так уверена. Странная это картина.
Адам подходит к письменному столу и достает из ящика для бумаг маленький синий флакончик.
— Что я тебе говорила? Яд.
— С какой легкостью люди в фильмах находят средства для самоубийства…
Адам ставит флакончик, достает лист бумаги, пишет.
— Последнее послание ей. Дает ей время прийти и спасти его. Вот увидишь.
«AVE IMPERA TRIXIMMORTALIS, MORITURUS ТЕ SALUTANT».
Изящно написано.
Адам складывает лист, кладет в конверт, надписывает адрес.
Потом в неуверенности медлит.
Появляется видение.
Дверь комнаты Адама. Переодетая к ужину миссис Дауэр подходит к двери и стучит; стучит раз за разом и в испуге зовет мужа. Профессор Дауэр дергает дверь, потом трясет. Появляются Парсонс и Джейн. Спустя некоторое время дверь подается. Пока мистер Дауэр сражается с ней, волнение миссис Дауэр усиливается. Джейн тщетно пытается ее успокоить. Наконец все врываются в комнату. Сцена неописуемой вульгарности со слезами, истерикой, телефоном, полицией.
Крупный план: Адам выражает отвращение.
Другое видение.
Деревушка туземцев в Африке на кромке джунглей; из одной низкой тростниковой хижины выползает человек, голый и смертельно больной, позади него причитают жены. Ползет в джунгли, чтобы умереть в одиночестве.