– Вы видите перед собой Цайю, человека с могучей мускулатурой! Девушка – настоящая, а не надутая резиновая кукла. После представления почтеннейшая публика может пощупать ее, пожалуйста!
И он первый засмеялся, прямо-таки заржал над своей остротой.
Кати одернула его, сказав, что он разбудит жильцов нижней квартиры – ведь уже поздно. Шимпи же, невзирая на предупреждение, еще и притопнул каблуком.
– Если услышат – пусть послушают!
С зимней веранды раздался резкий голос Нонаине:
– Гедеон! Шимпи! Да замолчи же ты! От тебя оглохнуть можно! Поставьте-ка лучше пластинку! Этот парень совсем от рук отбился… Сладу с ним нет… Но на него нельзя по-настоящему сердиться…
Мамаша Багоши засюсюкала:
– Такой славный молодой человек!
– Ты только послушай… – Нонаине так и распирало от восхищения. – Просто непостижимо! А мы болтаем о воспитании… Ведь он, в сущности, отпрыск древнего рода… И на тебе – самый настоящий американец. Современный бизнесмен, плоть от плоти, кровь от крови… Вечером двадцать пятого октября он прикатил на машине. И без конца ездил – менял, продавал ткани, продукты, бензин и бог знает что еще… А совсем недавно он был переводчиком в Красном Кресте… Словом… Да что говорить! А если вспомнить его отца и деда, которые только и умели, что сорить деньгами… Так откуда же у него такая хватка? Жизнеспособность рода – вот что это! А ведь похоронили венгерских аристократов, объявили их такими да сякими, вымирающим классом – и все тут!… А этот не разыгрывал из себя героя.