— Я бы попробовал…

— Вы где кончили курс?

— В Н-ской гимназии.

— Знаю… знаю… Там у меня директор приятель. Должен вас предупредить, Петр Антонович, что я требователен и люблю аккуратность в работе… У меня много перебывало молодых людей, но все как-то мы не сходились… Вот еще недавно: пришел один студент, довольно приличный на вид, взялся за дело, но мало того, что был не аккуратен, а еще фыркал, когда я приказал ему написать слово о спасении души, и отказался… По-моему, лучше не берись… Как вы полагаете?

Я согласился.

Генерал помолчал и потом неожиданно прибавил:

— Вы извините… Один щекотливый вопрос!..

— Сделайте одолжение!..

— Вы религиозный человек?.. Я вас позволил об этом спросить, — прибавил он, — потому что все наше семейство глубоко религиозно… Я, конечно, не смею насиловать ваших убеждений, но я бы не потерпел в своем секретаре атеизма, а эта болезнь, по несчастию, теперь свирепствует… Молодые люди забывают, что религия — единственная успокоительница.

Генерал стал говорить на эту тему и, между прочим, так и сыпал цитатами из Священного писания.

Я поспешил успокоить его.

— Занятия секретаря должны начинаться с девяти часов утра и продолжаться до трех… На вашей обязанности будет также переписка… Я веду переписку со многими лицами… Что же касается вознаграждения…

Генерал остановился и взглянул на меня.

— Как бы вы оценили свой труд?..

— Мне, право, трудно…

— Однако ж?

Я все-таки отказался. Отказ мой, видимо, не понравился генералу. Он поморщился и проговорил:

— Я тоже затрудняюсь… Работа ваша будет, конечно, незначительная… легкая, но все-таки… я не желал бы вас обидеть… Как вы думаете насчет двадцати рублей в месяц?..