Шапка черных как смоль волос, темные глаза, обтягивающий белый пуховик, из-под которого торчали серые штаны и пара черно-фиолетовых кроссовок.

— Кроссовки, — пояснила тетя Линда, показывая на них кончиком метлы.

Электра приподняла свои блестящие «Тайгер».

— Они красивые! — возразила она.

— Но грязные. На пятке. Что это? Глина?

— Тетя! На улице глина! Только что выпал снег.

— У элегантной девушки всегда чистая обувь.

— Значит, я не элегантная девушка.

— Если бы тебя слышала…

— …моя мама, да, естественно! Тетя, мне нужно идти.

Электра встала на цыпочки, чмокнула Линду и выскользнула за дверь.

Тетя улыбнулась, почувствовав в воздухе запах духов Мистраль, нежной и чувствительной подруги Электры.

— Хоть чему-то научилась эта дикарка, — проворчала она себе под нос.

Напевая, она начала подметать грязные ступеньки крыльца. И мела до тех пор, пока они не стали белыми, без единого пятнышка. Закончив, она краем глаза заметила, что к крыльцу подошел Фернандо, отец Электры. После встречи с Якобом Малером под Новый год он все еще двигался неуверенно.

— Фернандо! — прогремела тетя Линда, вынудив его остановиться. — Что это такое?

Фернандо Мелодия держал в руках стопку старых, пыльных книг, кое-как сваленных друг на друга.

— А, привет, Линда. — Подающий надежды автор романов об успешном шпионаже поздоровался своим обычным тоном — нечто среднее между снисхождением и страхом. — Я тебя не видел…

— Ты ведь не домой их несешь, правда? — угрожающе спросила она, указывая на книги.

— А, их… на самом деле… они мне нужны для работы…

— Но ты же не можешь их занести домой вот так! — Линда приблизилась, прижав Фернандо к стене. — Они же грязные!

— Они из подвала, — уточнил тот.

Женщина провела пальцем по пыльной обложке первой книги. Ее взгляд немедленно уловил несколько белесых следов на страницах.