Бонифаций уже забыл про бананы, про озеро и даже про рыбалку.
С утра и до вечера он давал представления детям, придумывая всё новые и новые номера. Пожалуй, нигде и ни в одном цирке нельзя было увидеть таких сметных клоунов и таких искусных канатоходцев. И никто в мире не смог бы поднимать такие тяжести, скакать на лошади, стоя на руках, или кататься на согнутом в колесо сачке", как на настоящем велосипеде. И, конечно, нигде в мире не было таких счастливых зрителей, как эти малыши. Поэтому Бонифацию было с ними легко и весело.
Когда он приходил домой, бабушка говорила: "Ты очень поздоровел, Бонифаций. Видно, каникулы идут тебе на пользу!"
Бонифаций кивал в ответ. Он в самом деле чувствовал себя прекрасно. А время летело незаметно.
Но однажды приплыл знакомый пароходик, и Бонифаций вспомнил, что пора возвращаться в цирк. Каникулы кончились!..
Рыбка под свитером!
Наскоро уложив в чемодан свой купальник и попрощавшись с бабушкой, Бонифаций помчался на пристань, где стоял пароходик.
Все дети сбежались на берег, чтобы проводить льва. Как только он взбежал на трап, они закричали: "До свидания, Бонифаций!" И лев вернулся — хотя пароходик уже сердито гудел, торопясь скорее отплыть, — и пожал каждому руку
Кто-то крикнул: "Отдать концы!", пароходик дал последний гудок, и Бонифаций снова кинулся к трапу.
Но тут прибежала запыхавшаяся бабушка — она принесла ему тёплый свитер, который вязала всё лето.
— Надень его, — сказала бабушка сквозь слезы, — в дороге ты можешь простудиться.
Бонифаций натянул на себя свитер, и все залюбовались — до того он был хорош!
Расцеловав бабушку, лев побежал по трапу наверх. С берега ему махали платками, он махал в ответ, и, пока дошёл до края, пароходик уже отчалил.
БУЛТЫХ!
Бонифаций вместе с сачком и чемоданом упал в воду… Так совершенно неожиданно он искупался в первый раз за всё время каникул.