- Простите... Больше не буду...

- Что не будешь? - спросила Маришка.

Петя посмотрел в небо и задумался. А, правда, что? Несчастья, которые свалились на его бедную голову, совсем сбили с толку горемыку-Петю.

- Предавать не буду, - подсказала ему Маришка.

- Не буду предавать... - послушно повторил Брыклин.

- Буду беречь чужие костюмы! - подсказала Уморушка.

- Буду беречь чужие костюмы... - пробубнил Петя.

- Не буду сбегать из чемоданов! - добавила Уморушка.

- Не буду сбегать из чемоданов... - обреченно повторил Брыклин. И вдруг не выдержал и вскипел:

- А вы меня уменьшать будете?! А в чемоданы пихать еще станете?! А к земле приковывать?! А похищать?! Что молчите?

Услышав о "приковывании к земле", Маришка почуяла неладное, посмотрела на ноги Брыклина и скомандовала:

- А ну, переступи!

Петя молча развел руками и продолжил стоять, не шелохнувшись.

- Твоя работа? - спросила Маришка Уморушку.

- Моя, - призналась юная лесовичка. И, вскинув голову, с жаром воскликнула: - Так сбегет, окаянный! Опять сбегет!

- Не "сбегет", а "сбежит", - поправила ее Маришка. И добавила: - От нас не сбежит, расколдовывай.

Уморушка что-то сердито буркнула, и Петя облегченно вздохнул:

он снова почувствовал, что к нему вернулась свобода передвижения.

- Я ни за что бы не согласился участвовать в смотре за чужую школу, признался он, хотя уже никто не настаивал на его признаниях. - Но меня заставили... уговорили...

- Кто? - удивились Уморушка и Маришка разом.

- Альтер Эго.

Девочки переглянулись: это странное имя они слышали впервые.

- Мое второе "я", - пояснил Петя Брыклин. - Так уговаривал, так уговаривал...

"Не ври! - вдруг прошептал проснувшийся Альтер Эго. - Я уговаривал тебя НЕ ВЫСТУПАТЬ за чужую школу!"