Ибо штаб-лекарь вменяет в обязанность услужливому Ловласу принять внутрь порцию некоего пастообразного бальзама — чудодейственность этого домашнего средства подтверждена синклитом медицинских светил, благотворные же его свойства (положение обязывает!) состоят в том, что под воздействием означенного зелья молодчики штаб-лекаря становятся столь безобидными, неприступно-добродетельными и — на некоторое время — невосприимчивыми даже к самым невинным порывам чувств, что — когда снадобье должным образом усвоено — они могли бы, при необходимости, выйти на сцену в качестве дублеров святого Антония, ничуть ему с виду не уступая. Зелье это — нечто вроде «Леты-на-дому», оно способно понизить до арктической стужи кипенье самой африканской страсти! По сей причине исключается какая бы то ни было возможность злоупотребить ситуацией. Означенное обстоятельство составляет гордость фирмы. И самый мнительный любовник, который, не утерпев, доверит избранницу своего сердца одному из штаб-лекарских Танталов, лишенных способности испытывать жажду, может спать спокойно.

Применение столь хитроумной предварительной формальности (она, впрочем, напрашивалась сама собой, ибо того требовали всеобщие интересы) вполне гарантирует соблюдение приличий, а посему светское общество впредь будет молчаливо допускать участие этих третьестепенных посредников в самых изысканных бракоразводных процессах.

Итак, «Агентство Золотого Подсвечника» отныне предоставляет публике все возможности вступать, по мере возникновения соответствующих склонностей, в один брак за другим — и так до бесконечности. Некоторые из самых милых наших вольнодумок даже приобрели абонемент, для упрощения дела.

Еще только приступая к организации своего заведения, штаб-лекарь Иларьон де Ненюфар сообразил, что в интересах будущего фирмы-родоначальницы ему надлежит