— Кто там стучится в поздний час? Что за человек? И что ему тут нужно? Мальчик тоненьким голоском пропищал:

— Стучится Малыш! Пришёл посидеть в гости!

Вероятно, Капитан сквозь щёлку в калитке уже разглядел, кто именно пришёл, но всё равно нужно было отвечать по всем правилам. Это был условный, тайный пароль. Таким образом, в случае чего, ни один посторонний не мог без предупреждения проникнуть в дом!

Калитка приотворилась, пропуская Малыша, и тотчас захлопнулась. Малыш и Капитан Крокус молча, как полагается мужчинам, крепко пожали друг другу руки.

Прежде чем пройти следом за Капитаном в дом, Малыш, как всегда, побежал и присел на корточки перед громадной собачьей будкой, в которой жила маленькая, очень застенчивая собачка Головастик.

— Здравствуй, славный уродик! — ласково сказал Малыш, заглядывая в темноту будки. — Как ты сегодня насчёт кусочка сахарку?

В будке послышалась возня — ведь Головастик был очень стеснительный и неуклюжий. Малыш засмеялся, почувствовав прикосновение толстой мягкой губы к руке. Головастик захрустел, разгрызая сахар, и дружелюбно засопел. На мгновение его большущий толстый нос мелькнул в отверстии, но тотчас же опять спрятался в глубине.

Вообще Головастик никогда не вылезал из будки при посторонних, только высовывал иногда самый кончик толстого жёлтого носа с большими чёрными ноздрями. Конечно, у него была причина так прятаться от людских взглядов. Уж урод так урод! Именно поэтому мальчики, приходившие в гости к Капитану, и прозвали его Головастиком, хотя сам Капитан звал его Нероном!

Мальчики жалели Головастика — ещё бы: всякий, у кого при таком тщедушном теле оказался бы эдакий толстенный, тяжеленный носина, постеснялся бы высовывать его на свет!

Капитан уже пододвинул к камину большое кресло и покуривал, поджидая, пока Малыш кончит разговаривать с Головастиком.

— Хлебнём добрый глоток из старой пиратской бутылочки? — предложил Капитан, когда Малыш уселся с ногами в кресло прямо против весело потрескивающего огня.