Она внезапно остановилась, как бы прислушиваясью Я тоже прислушался: ни звука в доме, я знал, что старый священник тихо лежит себе в гробу такой, каким мы его видели. – торжественный и грозный в смерти, с пустой чашей на груди.

Элайза повторила:

– Уставился в одну точку и будто смеется сам с собой... Ну тогда, конечно, как они его увидели, так уж и догадались, что неладно что-то...