ОРИАНА. Хорошо-хорошо, не начинай все сначала, спор окончен. Просто я оказалась не готова. Дом стоит в такой глуши, кругом столько снега, тут столько комнат, столько слуг, и всем наверняка заправляет его любовница. Кстати, кто она?

БАЗИЛЬ. Не знаю. Да это и не важно теперь. Отца нет, его мир, слава Богу, канул в прошлое.

ОРИАНА. Никуда он не канул, Базиль. Мы угодили в самое пекло.

С п а л ь н я.

Входят ОРИАНА и ФРЕДЕРИК.

ОРИАНА. Ой!

ФРЕДЕРИК. Что такое, мадам?

ОРИАНА. Мне показалось, крыса. Что-то метнулось под кровать.

Они растерянно смотрят друг на друга.

Фредерик, будьте любезны, загляните под кровать.

ФРЕДЕРИК. Мадам, я боюсь, что… я боюсь крыс.

ОРИАНА. Ну же, Фредерик, загляните, неужели мне лезть самой?

ФРЕДЕРИК (нехотя наклоняется). Никого нет, мадам.

ОРИАНА. Значит, померещилось. После этого отвратительного снега все время в глазах рябит. А у вас? Рябит? ФРЕДЕРИК. И у меня рябит, мадам.

ОРИАНА. Фредерик, тут водятся волки?

ФРЕДЕРИК. Вряд ли, мадам.

ОРИАНА. Тогда это, наверно, ветер. Я отчетливо слышала вой.

ФРЕДЕРИК. Это мастиффы, сторожевые псы. Говорят, они очень свирепы и к ним лучше не подходить, даже с лаской.

ОРИАНА. Да-да, какие-то чудища сидели на цепи у ворот. Откройте-ка ставни. А что это на стекле? Такое белое, мохнатое?

ФРЕДЕРИК. Снежный узор, мадам.

ОРИАНА. Снежный узор? Бог мой, снег в комнате! Соскребите немного, я хоть в окно посмотрю. Нда, смотреть-то не на что. И темнеет так рано. Снова снег идет, медленно падает, огромными хлопьями. Как в детстве. И кругом ели, ели… Закройте ставни… Ужасно холодно. Комнаты такие большие – неудивительно, что не протопишь. Это, надо понимать, наша спальня?

ФРЕДЕРИК. Да, мадам, здесь все ваши вещи.

ОРИАНА. Ах да. Я вспомнила эту штуку.

Смотрит на огромное, во всю стену распятие.