Манро вернулся с наступлением сумерек.
— Еле-еле успели. Гроза будет страшная.
Он пребывал в превосходном настроении.
Нашел чудесное плато. Много питьевой воды, прекрасный вид на море. К тому же поймал две или три редкие бабочки и белку-летягу. Намеревался как можно быстрее перенести лагерь в новое место. Манро вошел в хижину, чтобы снять тяжелые походные ботинки, и тут же вернулся.
— Где Дарья?
Нил приложил все силы к тому, чтобы изобразить искреннее недоумение.
— Разве она не в своей комнате?
— Нет. Наверное, пошла к слугам. — Манро спустился с веранды, отошел на несколько ярдов и позвал:
— Дарья! — ответа не было. — Бой!
Подбежал слуга-китаец, и Ангус спросил его, где Дарья. Но тот не видел ее после второго завтрака.
— Где она может быть? — Ангус в недоумении снова поднялся на веранду. — Она не могла уйти. Уходить-то некуда. Когда вы видели ее в последний раз, Нил?
— После второго завтрака я снова ушел в джунгли. Утро у меня прошло практически впустую, и я решил наверстать упущенное.
Они обыскали весь лагерь. Манро предположил, что Дарья нашла какое-то уютное местечко, где и уснула.
— Как она может так нас пугать?
Теперь Дарью искали уже все обитатели лагеря, а тревога Манро нарастала.
— Не могла она пойти в джунгли на прогулку и заблудиться. Если мне не изменяет память, за все время, что мы здесь, Дарья не отходила от лагеря дальше, чем на сотню ярдов. Пожалуй, надо собрать всех и начать ее искать. Едва ли она могла далеко уйти. Она знает, если уж ты заблудился, лучше всего оставаться на месте и ждать, пока тебя найдут. Бедняжка, она наверняка до смерти перепугалась.