Вот как обстояло дело.
Ну, а капитан? Шевельнулось ли что-то у него в гру ди, когда он увидел, как заливается краской его жена? Может, и шевельнулось. Может, в голове его промельк нул обрывок воспоминания, слабое удивление, радость. Но он ничем себя не выдал; должно быть, гордыня и упрямство в нем непомерно возросли с годами. Да, по хоже, что так.
А уж потом произошли все те события, о которых я говорил.
III
Фру Фалькенберг долгое время вела игру со своим мужем. За равнодушие она платила таким же равноду шием и утешалась случайными ухаживаниями много численных гостей. Гости мало-помалу разъезжались; сегодня один, завтра другой, но толстый капитан Братец и дама с шалью остались. Инженер Лассен тоже остался. Вольному воля, думал, наверное, по этому поводу капитан Фалькенберг. Оставайся, мой друг, сколько твоей душеньке угодно. Он и бровью не повел, когда заметил, что фру Фалькенберг уже на «ты» с инженером и зовет его теперь Гуго, все равно как он сам. Она могла окликнуть с лестницы: «Гуго, Гуго!» – и капитан без промедления давал ей справку: «Гуго по шел прогуляться».
А однажды я своими ушами слышал, как он с язви тельной усмешкой сказал жене, указывая на заросли си рени: «Наследный принц поджидает тебя в своем коро левстве!» Я видел, как фру Фалькенберг вздрогнула, смущенно улыбнулась, чтобы скрыть замешательство, и пошла к инженеру.
Итак, она сумела наконец высечь из мужа первую искру. А ей хотелось высечь еще несколько.
Вот что случилось в воскресенье.
Фру в этот день казалась непривычно суетливой, за говаривала со мной, похвалила меня и Нильса за усер дие и расторопность.
– Я сегодня посылала Ларса на почту, – сказала она,– он привез письмо, которого я давно дожидаюсь. Ты не можешь оказать мне услугу и сходить к Ларсу за этим письмом?
Я с радостью согласился.