Санька внимательно слушал его и спросил, робко указывая на важного господина в очках:

– Кто он?

– Инспектор. Христофор Валерианович… Шкалик…

– А этот?

– Блин, сторож… Дорбанюк! – крикнул он соседу – веснушчатому карапузу. – Жарь блина!

– Идет! Только, чур, вместе!.. Эй, вы!

Мальчишки запели хором:

– Блин! Целый блин! Полблина! Четверть блина!

– Молчать! – крикнул инспектор, закусывавший в сторонке вместе с классным наставником, а сторож покраснел и погрозил кулаком…

На другой день, не сказав никому ни слова, Санька побежал в школу. Он немало был удивлен, увидев совершенно пустой двор.

– Где же все? – спросил он самого себя. – Не надул ли тот пучеглазый?

В эту минуту послышался звонок, затем оглушительный топот, точно сорвалось стадо баранов, и во двор высыпало множество мальчишек – все те, которых он вчера видел.

С криком и смехом они перемешались в кашу. Кто полез на мачту, водруженную посреди двора, кто – на трапецию, некоторые занялись чехардой.

Один, перепрыгивая, зацепился и кувыркнулся.

Санька засмеялся. Понравилось.

Он очень огорчился потом, когда вторично прозвучал звонок и мальчишки опрометью бросились назад по классам.

Двор опустел и сделался мрачным.

Санька хотел было уйти, но, услышав вдруг стройное пение, остался. Детишки пели серебристыми голосами в классе под аккомпанемент фисгармонии:

Санька прибежал домой как ошпаренный. Он упал на грудь матери и расплакался.

– Что случилось?

– Хочу в школу!

Варя не верила ушам. Она взяла его за подбородок, заглянула ему радостно в глаза и спросила:

– Ты взаправду?!

– Да! Да!

Варя притянула к своим губам его голову и воскликнула:

– Родной мой! Дай время, и я устрою!..

Саня рос. Ему стукнуло двенадцать лет, а вакансий в школе все еще не было. Варя устала от бегания по всяким инспекторам.