Он продолжался, однако, без перерыва, и монотонный шум дождя над головой начал действовать усыпляюще на людей, разлегшихся в больших военных каноэ и после недолгой болтовни все заснули.

Мы с Тоби только и ждали такого случая и немедленно воспользовались им: выползли из сарая и укрылись в глубине громадной рощи, на опушке которой он стоял. После десятиминутного быстрого хода мы достигли открытого места, откуда сквозь сетку ливня виднелись тусклые очертания горы; на ее вершину мы и намеревались взобраться.

Проливной дождь все не ослабевал и, по-видимому, загнал туземцев в дома; это спасало нас от случайной встречи с ними. Тяжесть промокших насквозь курток и вещей, которые мы под ними спрятали, сильно мешала нам двигаться вперед. Однако об остановке нечего было и думать, так как мы ежеминутно могли быть застигнуты туземцами.

С тех пор как мы вышли из сарая, нам едва удалось обменяться друг с другом несколькими словами. Когда мы подошли ко второй прогалине в лесу и снова увидали гору перед собой, я взял Тоби за руку и, указывая на ее отлогие скаты, сказал тихо:

— Теперь, Тоби, ни слова, ни взгляда назад, пока мы не будем стоять на вершине той горы. Никакого промедления больше, надо идти вперед, пока можем. Ты более легок и проворен, поэтому веди, а я последую за тобой.

— Ладно, брат, — сказал Тоби, — наша игра требует быстроты. Только давай держаться ближе друг к другу, вот и все.

Сказав это, он, как молодой олень, перескочил через ручеек и ринулся вперед.

После долгого и трудного пути, карабкаясь по крутому склону, мы достигли, наконец, намеченной вершины. Но вместо того чтобы идти вдоль хребта, где оказались бы на виду у жителей долины, мы осторожно держались одной стороны, ползая на четвереньках и скрываясь в высокой траве. После часа, потраченного на такой неприятный способ передвижения, мы поднялись на ноги и храбро продолжали путь вдоль гребня вершины.