— Носи на здоровье!
— Батюшки светы! — ахнули матрёшки. — Ребёнок в них утонет.
Но штаны пригодились. Катя залезла в карман и выглядывала оттуда.
«Что делать?» — думали игрушки. Ведь ни у кого, даже у самой маленькой Матрёшечки, не было такой крошечной одёжки.
Всех опять выручил Пингвин. По его совету Мишкины штаны с Катей в кармане погрузили в Машину, и все следом за Машиной побежали в самый дальний угол.
АКУЛИНА МИРМИДОНТОВНА
В дальнем углу на сундучке сидела и дремала старая-престарая кукла Акулина Мирмидонтовна.
Ей было сто лет, а то и больше. Черты её лица стёрлись от времени, но ничто не могло стереть её доброй улыбки. Даже во сне она улыбалась.
— Ах вы, озорники! Зачем же вы деточку в карман запихали? — спросила она, проснувшись и увидев Катю.
Игрушки наперебой принялись рассказывать, почему Катя очутилась в кармане Мишкиных парадных штанов.
— Да какая ж ты махонькая! — улыбнулась Кате старая тряпичная кукла. — С тобой только в дочки-матери играть. Ну, баловники, слушайте, что я вам скажу. Пусть каждый из вас по очереди станет ей отцом или матерью. У кого девочке будет лучше, с тем она и останется.
— Стой — не вались, упал — поднимись! — обрадовался Ванька-Встанька. — Поехали играть в дочки-матери!
— Погоди, непоседа! Что ж это вы? Али забыли, зачем пожаловали? — засмеялась Акулина Мирмидонтовна, открыла сундучок (чего-чего там только не было!) и вынула оттуда узелок с платьями. — Возьми, голубка, вот это платье. Будешь ты в нём настоящая царевна.
— Спасибо, бабушка! — ответила Катя. — Очень красивое платье! Даже играть в нём жалко.
— Возьми, деточка, возьми! Может, когда и поиграешь в царевну. А то и в королевну. — И Акулина Мирмидонтовна протянула Кате ещё одно платье с высоким кружевным воротником и длинным шлейфом.