— Да?! Но как же это случилось?

Молчание.

— Что вы сказали?

Молчание.

— Нет, нет! Я этого не думаю.

Молчание.

— Нет! Нет, нет, я вовсе не то хотела сказать. Я хотела сказать, положите, пока он еще кипит или совсем перед тем как закипит.

Молчание.

— Что?!

Молчание.

— Я прострочила по самой кромке со всех сторон.

Молчание.

— Да, мне тоже так нравится; но, пожалуй, все-таки лучше отделать валансьеном, или бомбазином, или чем-нибудь в этом роде. Это придаст вид… и сразу же бросится в глаза.

Молчание.

— Это сорок девятая Второзакония… от шестьдесят четвертой до девяносто седьмой включительно. Мне кажется, нам всем следовало бы почаще перечитывать их.

Молчание.

— Может, и так. Я обычно употребляю шпильку для волос.

Молчание.

— Что вы сказали? (В сторону.) Дети, тише!

Молчание.

— Ах, год! Господи, а мне показалось, будто вы сказали кот.

Молчание.

— И с каких пор?

Молчание.

— Да что вы! Вот не знала!

Молчание.

— Вы удивляете меня! Ведь это ж, по-видимому, совершенно невозможно!

Молчание.

— Кто делает?

Молчание.

— Господи помилуй!

Молчание.

— И что только на свете творится!.. Неужто прямо в церкви?

Молчание.

— И ее мать там была?

Молчание.

— Господь с вами! Миссис Баглей! Я б со стыда сгорела! Что же они делали?

Молчание.

— Я, конечно, не могу быть совершенно уверена; ведь у меня нет под рукой нот; впрочем, мне кажется, это будет вот так: тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля, трам-та-рам-ля-ля-ля-ля! Ну а потом повторяется.

Молчание.

— Да… по-моему, это очень мило… и очень торжественно и выразительно, но только если выдержать андантино и пианиссимо.

Молчание.

— Ах, леденцы, леденцы! Но я никогда не позволяю им есть сладости. Да, впрочем, они и не могут, во всяком случае пока у них нет зубов.