ЯВЛЕНИЕ I

Анна Петровна сидит за роялью, склонив голову к клавишам.

Н и к о л а й И в а н о в и ч Т р и л е ц к и й входит.

Т р и л е ц к и й (подходит к Анне Петровне). Что?

А н н а П е т р о в н а (поднимает голову). Ничего… Скучненько…

Т р и л е ц к и й. Дайте, mon ange

А н н а П е т р о в н а (подает ему папиросы). Берите больше, чтобы потом не беспокоить.

Закуривают. Скучно, Николя! Тоска, делать нечего, хандра… Что и делать, не знаю…

Трилецкий берет ее за руку.

А н н а П е т р о в н а. Вы это за пульсом? Я здорова…

Т р и л е ц к и й. Нет, я не за пульсом… Я чмокнуть…

Целует руку. В вашу руку целуешь, как в подушечку… Чем это вы моете свои руки, что они у вас такие белые? Чудо руки! Даже еще раз поцелую.

Целует руку. В шахматы, что ли?

А н н а П е т р о в н а. Давайте…

Смотрит на часы. Четверть первого… Небось, наши гости проголодались…

Т р и л е ц к и й (приготовляет шахматную доску). По всей вероятности. Что касается меня, то я страшно голоден.

А н н а П е т р о в н а. Я о вас и не спрашиваю… Вы всегда голодны, хоть и едите каждую минуту…

Садятся за шахматы. Ходите вы… Уж и пошел… Надо сперва подумать, а потом уже и идти… Я сюда… Вы всегда голодны…

Т р и л е ц к и й. Вы так пошли… Тэк-с… Голоден-с… Обедать скоро будем?

А н н а П е т р о в н а. Не думаю, чтобы скоро… Повар изволил ради нашего приезда нализаться и теперь без ног. Завтракать скоро будем. Серьезно, Николай Иваныч, когда вы будете сыты? Ест, ест, ест… без конца ест! Ужас что такое! Какой маленький человек и такой большой желудок!

Т р и л е ц к и й. О да! Удивительно!

А н н а П е т р о в н а. Забрался в мою комнату и не спросясь съел полпирога! Вы знаете ведь, что это не мой пирог? Свинство, голубчик! Ходите!