Однако Джонатан Джеремия Пичем все чаще становился жертвой неаккуратности своих клиентов, задерживающих платежи за прокат старых шарманок. Как сказано выше, есть вещи (очень, правда, немногие), кои еще могут потрясти современного человека, но скверно то, что при повторном применении они перестают действовать, ибо человек обладает страшной способностью становиться по собственному желанию бесчувственным, стоит ему только обнаружить вредные для себя последствия своей, чувствительности. Так, например, человек, увидев на углу другого человека с культяпкой вместо руки, в первый раз готов с перепугу отвалить ему двухпенсовую монету, в следующий раз он пожертвует не больше полпенни, а в третий – совершенно хладнокровно передаст его в руки полиции.

Пичем начал с малого.

В течение некоторого времени он поддерживал своими советами нескольких нищих – одноруких, слепых, очень, дряхлых на вид. Он выискивал для них рабочие места, где подают, ибо подают не всюду и не во всякое время. Так, например, оказалось, что играть на музыкальных инструмент тах менее выгодно, чем охотиться июньскими ночами за парочками на садовых скамейках. Парочки платили гораздо охотнее.

Нищие, доверившие свою судьбу Пияему, вскоре стали лучше зарабатывать. Опт с готовностью соглашались отчислять ему за труды некоторый процент cw своих доходов.

Окрепнув, он продолжал изучать дало.

Сравнительно быстро он, постиг; что убогая внешность естественного происхождения производит гораздо меньше впечатления, чем внешность, созданная двумя-тремя умелыми, штрихами. Однорукий не всегда обладает способностью вызывать жалость своим убожеством. С другой стороны, более одаренным зачастую недостает культяпки. Тут требуется вмешательство.

Пичем сфабриковал несколько искусственных увечий, как, например, раздавленные конечности,, иначе говоря, руки и ноги, явно пострадавшие от несчастного случая. Это новшество имело оглушительный утех.