Директор сказал, что записал все. Разумеется, ни о какой оплате не может быть и речи. Гранд-отель — щедрое заведение. К тому же все пункты программы — кроме сиамских кошек — сущие пустяки. Да и сиамские…
— Тайный советник идет, — доложила свистящим шепотом Кункель.
— Всего хорошего, — сказала Хильда и положила трубку.
Брандес повез обоих туристов на Ангальтский вокзал. Хильда и Кункель поехали провожать. Тоблер любил, когда ему махали платочком.
— Дорогой Иоганн, — сказал он в машине, — не забудьте моих распоряжений. В Мюнхене мы пробудем несколько часов в отеле «Регина». Завтра днем я превращаюсь в господина Шульце. Вы достанете пустую картонную коробку, уложите в неё костюм, который сейчас на мне, бельё, носки, туфли и отнесете на почту. Из мюнхенского отеля я выйду в шубе. Мы возьмем такси. В такси я надену драповое пальто Шульце, а вы тоблеровскую шубу. Как свою собственную. Начиная с Штарнбергского вокзала мы с вами незнакомы.
— Но хоть вашу корзину можно я понесу к поезду? — спросил Иоганн.
— Я сам смогу, — сказал Тоблер. — Кстати, от Мюнхена мы поедем в разных купе.
— Ну чисто детективная история, — заявила Хильда. Через некоторое время Кункель спросила:
— А как вы это выдержите, господин тайный советник? Без массажа. Без коньяка. Без теплого кирпича. Без домашней кухни, И без ваших кошек в спальне! — Она шутливо ущипнула Хильду за руку.
— Да перестаньте вы, — отмахнулся Тоблер. — Меня уже давно тошнит от старых милых привычек. Я счастлив, что могу наконец ускользнуть на свободу.
— Ну-ну, — сказала Кункель и состроила глупейшую физиономию.
На перрон они вышли незадолго до отправления поезда. В оставшиеся минуты давались излишние наставления. Иоганну, прежде чем он поднялся в вагон, пришлось клятвенно заверить Хильду, что он будет посылать раз в два дня, не реже, подробнейший отчет.
Состав тронулся. Хильда и Кункель замахали платочками. Тайный советник кивал им, он был доволен. Мимо провожавших уже плыли следующие вагоны. Маленькая пожилая женщина, семенившая рядом с поездом, столкнулась с Хильдой.