— А вот и оно, — возвестила она, указывая на окно. — Вот — Мраморное кладбище. Поначалу я решила, что Верушка и впрямь рехнулась. Однако, отодвинув с дороги коробку с заплесневелыми французскими словарями и подойдя вплотную к окну, я увидела незастроенный участок земли размером с футбольное поле. Он был словно вырезан в самом центре квартала и обнесен высокой стеной, отгораживающей запретную территорию от окрестных зданий. Надо же — я проходила по Второй авеню никак не меньше тысячи раз и в жизни не подозревала, что позади магазинных витрин и жилых домов таится этакая достопримечательность.

— А могилы же? — полюбопытствовала я, выискивая взглядом надгробные камни.

— Под землей, конечно, — рассмеялась Верушка. — Видишь в траве прямоугольные мраморные плиты? Это — входы в склепы. Там, в глубине — десятки и сотни могил. Настоящее поселение мертвецов.

— А спуститься туда можно? — спросила я. При мысли о том, что я наконец-то отыщу путь под землю и окажусь где-то под улицами и домами, сердце мое сладко замирало.

— На территорию Мраморного кладбища допускаются только родственники покойных — и вот уже много лет как там никого не хоронили. Зато можно выбраться на пожарную лестницу: оттуда еще лучше видно. Я открыла окно, и в лицо мне ударил ледяной ветер. Лестница зловеще раскачивалась из стороны в сторону. Я оглянулась на Верушку: та разочарованно покачала головой.

— Волков бояться — в лес не ходить, — упрекнула она. Выбираясь на лестницу, я здорово стукнулась затылком о подоконник и вынуждена была подождать несколько секунд, пока головокружение не пройдет.