— Это ты, что ли? — спросил ее парень, поднимая очки.

Она пожала плечами.

— Клади чемоданы в коляску.

«Наверное, женщина с ребенком прислала помощь», — подумала Настя Никитична.

— Тебе куда?

— В Кипрей–Полыхань. Это далеко? Я заплачу. Сколько попросите, столько и заплачу.

— Да нет, — сказал парень. — Я бы тебя до места довез. Понимаешь, свадьба у меня. Такое вот дело. Женюсь. А без жениха свадьбу играть, сама понимаешь, не порядок.

— Это верно, — согласилась Настя Никитична, затаскивая проклятенные чемоданы в коляску.

— Я тебя до Бутягов довезу, — сказал жених. — До ихнего магазина. Оттуда до большака километра полтора всего. Машины‑то, чай, ходят.

— А от большака далеко до Кипрей–Полыхани?

— Чего ж далеко? Километров, думаю, двенадцать, а то и все семнадцать. Но никак не дальше. Только… — Жених покрутил головой и засмеялся.

— А что? — испугалась Настя Никитична.

— Да нет, ничего! Фельдшером, что ли? Или учительшей направили? Или в клуб?

— Учительшей.

— Учительшей ничего. Они завклубами не любят и фельдшеров.

— Как так?

— Сами лечатся, сами веселятся. Они такие веселые там, просто жуть одна. — Жених завел мотор. — Держись за плечи, но особенно не прижимайся. Мимо моего дома поедем, сама понимаешь…

Мотоцикл взял с места, нырнул с горки, прогрохотал по мосту — и вдоль деревни, по дороге меж хлебов, да в гору и опять по деревне.

Остановились на околице возле грузного, похожего на амбар дома.

— Вот и магазин, — сказал жених.

Не покидая седла, вытянул из люльки чемоданы.

— Всего доброго!

И умчался.

«Даже счастья ему пожелать не успела», — спохватилась Настя Никитична.

Магазин был открыт.

— Бедная девушка! В такую глухомань человека спихнули! — пожалел ее продавец, лупивший газетой мух. — Не волнуйся, я тебя сейчас отправлю в Кипрей–Полыхань, будь они там неладны. Машина скоро придет.