Поля усадили во главе одного из столов. При его появлении мальчики слева и справа почтительно встали и не садились, пока не сел он. Среди них был и изобличенный капитаном Граймсом свистун. Полю он сразу же понравился.

- Моя фамилия Бест-Четвинд, - отрекомендовался свистун.

- Ясно. Это, значит, тебя я должен учить музыке?

- Меня. Орган у нас в деревенской церкви. Потеха... А вы что, здорово играете?

Поль счел, что в данной ситуации откровенность вовсе не обязательна, и, решив - согласно заветам доктора Фейгана - лавировать между правдой и вымыслом, сказал:

- Как никто на свете.

- А вы не заливаете?

- С какой стати? В свое время я давал уроки декану Скон-колледжа.

- Со мной придется потруднее, - хмыкнул озорник. - Знаете, почему я играю на органе? Чтобы на гимнастику не ходить. Слушайте, да у вас же нет салфетки. Филбрик! - закричал он дворецкому. - Вы почему не дали мистеру Пеннифезеру салфетки?

- Забыл, - признался тот. - А теперь уже все - мисс Фейган унесла ключи.

- Глупости, - ничуть не смутился Бест-Четвинд. - Сию же минуту ступайте и принесите салфетку. Вообщето он ничего, - шепнул он Полю, -главное - не давать ему спуску.

Вскоре явился Филбрик с салфеткой.

- Ты смышлен не по летам, - заметил Поль.

- Капитан Граймс думает по-другому. Он говорит, что я самая настоящая дубина. Это здорово, что вы не похожи на капитана Граймса. Вульгарный субъект этот Граймс, скажете - нет?

- Ты не должен рассуждать при мне о преподавателях в таком тоне.

- Но все наши так думают. Кроме того, Граймс носит кальсоны. Как-то раз он послал меня принести ему шляпу, и я заглянул в его список белья, отданного в стирку. Надо же - в кальсонах ходит.

На другом конце столовой что-то стряслось.

- Клаттербака, похоже, опять стошнило, - пояснил Бест-Четвинд. - Его всегда тошнит от баранины.