LVI

Этот первый опыт совместной жизни, когда женщину вдохновляют надежда на счастье, не испытанное прежде сознание супружеского долга, желание нравиться, добродетель, чей голос звучит столь убедительно, когда она обручает любовь с честью, — именуется медовым месяцем. Долго ли может продлиться этот месяц, если существа, навсегда соединившие свои жизни, не знают друг друга досконально? Если чему и можно удивляться, так это относительной незначительности числа супругов, в душе которых прискорбная бессмыслица наших браков пробудила жгучую ненависть друг к другу!..

Впрочем, есть нравственные правила, которые всем известны, но которых тем не менее никто не соблюдает: в самом деле, кто не знает, что жизнь мудреца — тихий ручеек, а жизнь мота — бурный поток, что ребенок, оборвавший неосторожной рукой все розы, найдет на обратном пути одни лишь шипы, что человек, безрассудно растративший в юности целый миллион, не сможет до конца дней жить на ренту в сорок тысяч ливров, которую получал бы, купи он на этот миллион ценные бумаги, — кого, однако, эти знания удержали от ошибок? Все приведенные нами примеры суть правдивые изображения всех медовых месяцев, излагающие, хоть и не объясняющие, их историю.

Но если люди прекрасно образованные и, следственно, умеющие мыслить, люди, привыкшие глубоко продумывать свои поступки, дабы блистать в политике или литературе, в искусстве, торговле или частной жизни, — если эти люди, женившись в надежде стать счастливыми и подчинить жену своей власти либо любовью, либо силой, попадаются в ту же самую ловушку и, насладившись в течение недолгого времени непрочным счастьем, глупеют на глазах, значит, искать разгадку этой загадки следует не в физических обстоятельствах, которыми мы попытались было объяснить некоторые из подобных явлений, но в неизведанных глубинах человеческой души.