
Одно из серьезнейших предвестий беды — нежелание вашей жены сидеть дома. Она стремится убежать от самой себя, забыть о том, что творится в ее душе, — стремится, впрочем, не так жадно, как те мужья, что до дна испили чашу несчастий. Она одевается с превеликим тщанием и привлекает к себе все взоры исключительно ради того — как она утверждает, — чтобы польстить вашему самолюбию.
Возвратившись в свои скучные пенаты, она нередко погружается в мрачные размышления, а затем вдруг принимается хохотать и резвиться, словно стараясь заглушить тревожные мысли; или же становится серьезна и степенна, словно идущий в бой немец. Столь частые перемены означают, что в жизни вашей жены наступил тот страшный миг, о котором мы уже говорили, — она оказалась на распутье.
Есть женщины, которые в эту пору читают романы, ища в них искусные и неизменно разнообразные картины страсти, торжествующей, несмотря на все препятствия, либо привыкая мысленно к тем опасностям, какими чреваты любовные приключения.
Вам ваша жена будет выказывать величайшее почтение. Она будет уверять, что любит вас, как брата, что эта благоразумная дружба — единственное подлинное и прочное чувство на земле и что именно ради него и заключаются браки.
Она довольно быстро сообразит, что до сих пор ее уделом было лишь исполнение обязанностей, и пожелает узнать свои права.
Без всякой радости она придет к выводу, что ее семейное счастье полностью зависит от вас одного. Счастье это, возможно, и прежде не слишком ее прельщало; вдобавок оно всегда рядом, оно привычно, знакомо и не раз обдумано, меж тем если легкомысленная супруга, вместо того чтобы предаваться бурной страсти, начинает рассуждать и анализировать свою жизнь, — какое страшное, хотя и негромкое, предупреждение должен расслышать в этом умный супруг!..
LX. Чем больше мы рассуждаем, тем меньше любим.
Начав рассуждать, ваша жена принимается веселить вас шутками и поражать глубокими наблюдениями; она становится изменчива и капризна. Порой, словно раскаиваясь в своих мыслях и планах, она преисполняется к вам чрезвычайной нежности, порой неведомо отчего хмурится и грустит; одним словом, она воплощает в себе то varium et mutabile femina
