– Эта молодая женщина, – продолжила мадам Бофорт, – настолько привлекательна, что мсье Гюг Морэн, которого вы знаете, сразу же в нее влюбился.

Имя "мсье Морэн", услышанное из уст мадам Бофорт, произвело странное впечатление на Гиттара. Она произнесла это вполне французское имя с долей иронии, которая ускользнула от Гиттара и которая, напротив, показалась ему восторженностью.

– К тому же, – продолжила мадам Бофорт, – вы ее сейчас увидите, за чаем, как, естественно, и мсье Морэна, который, конечно же, не преминет зайти.

И сразу же, Гиттар проникся глубокой неприязнью к этому мсье Морэну, которого знал по одной-двум встречам у друзей и который до сих пор казался ему самым заурядным человеком. Одно из неприятнейших ощущений, а именно ощущение расточительного изобилия, ослепило его. Он не знал более, на кого направить свое внимание. Его дожидались со всех сторон. В то же время, как он хотел остаться наедине с мадам Бофорт, ему не терпелось увидеть эту молодую женщину, и он страдал оттого, что мсье Морэн опередил его, потому что, как не слишком удачливый в любви мужчина, он полагал, что важно было прийти первым. Когда он был юношей, не от трудности ли угадать тот момент, в который женщина решала завести любовника, происходила его великая грусть?

Его заботы в один миг улетучились. Чтобы вернуть себе покой, он думал только об одном: сменить тему разговора. Изо всех своих сил он желал, чтобы эта молодая женщина, которую он уже неделю надеялся встретить, не пришла. Поскольку он был не один, перспектива прихода третьего, пусть это было лучшее для знакомства, почти всегда беспокоила его.

– Милый друг, я не очень хорошо себя чувствовал и, несмотря на все мое желание, не мог прийти навестить вас.

– Теперь, я надеюсь, вы чувствуете себя лучше. У меня тоже не все ладилось. Я упала и вывихнула ногу. Так что не глядите вниз. Мне так стыдно, что у меня одна лодыжка больше другой.