Рассказывают, что, когда ему в сильную бурю пришлось переезжать Ла-Манш, он взволнованно бросился на капитанский мостик, доказывая капитану, что «сию минуту видел огни милях в двух по борту!»

Сидя в омнибусе, он непременно устраивался около водителя, чтобы указывать ему препятствия, возникавшие на пути.

Мое знакомство с ним началось тоже в омнибусе. Впереди меня сидели две дамы. Кондуктор подошел к ним, чтобы получить деньги за проезд. Одна из них дала ему шестипенсовик, сказав, что едет до Пикадилли, куда билет стоит два пенса.

— Нет, нет, — сказала вторая дама своей приятельнице и дала кондуктору шиллинг. — Мы сделаем иначе. Я должна тебе шесть пенсов. Дай мне четыре, и я заплачу за нас обеих.

Кондуктор взял шиллинг, оторвал два билета по два пенса и задумался над сдачей.

— Ну вот, — сказала вторая дама, — теперь верните моей приятельнице четыре пенса.

Кондуктор послушался.

— А ты отдай эти четыре пенса мне, — обратилась она к первой даме. — Вот так. А теперь вы, — повернулась она к кондуктору, — дайте мне еще восемь пенсов, и тогда мы будем с вами в расчете.

Кондуктор нехотя отсчитал ей восемь пенсов: шестипенсовик, полученный им от первой дамы, и три монетки из своей сумки — пенни и два полупенса. Он сомневался в правильности выданной им сдачи и вышел из вагона на площадку, бормоча, что в его служебные обязанности не входит играть роль арифмометра.

— А теперь, — сказала вторая, старшая дама младшей, — я должна тебе ровно шиллинг.

Я полагал, что вопрос о расчетах покончен, как вдруг сидевший напротив меня румяный джентльмен оглушительным басом закричал:

— Эй, кондуктор! Вы обсчитали этих дам на четыре пенса.

— Кто кого обсчитал на четыре пенса?! — с негодованием воскликнул кондуктор, стоя на верхней ступеньке лестницы. — Я же выдал им два билета по два пенса!