– Но это только план. Поддержит ли вас деревня? – усомнилась

Клер.

– По-моему, да. Я зондировала почву.

– Значит, вам потребуется управляющий?

– Да, но такой, кто не боится начинать с малого. Конечно, если дело наладится, он не прогадает.

– Я просто поражена, – повторила Клер и сдвинула брови.

– Кто этот молодой человек? – внезапно спросила Динни.

– А, Тони Крум? Он служил на чайной плантации, но владельцы закрыли предприятие, – ответила Клер, выдержав взгляд сестры.

– Приятный человек?

– Да, очень славный. Кстати говоря, нуждается в работе.

– Кроме него, в ней нуждается ещё три миллиона англичан.

– Считая и меня.

– В нашей стране жизнь сейчас не из лёгких, дорогая…

– Кажется, как раз когда я плыла Красным морем, мы отказались от золотого стандарта или от чего-то ещё. А что такое золотой стандарт?

– Такая штука, отмены которой требуют, пока она существует, и введения которой требуют, когда она отменена.

– Понятно.

– Беда, очевидно, в том, что наш вывоз, фрахтовая прибыль и проценты с заграничных вложений перестали покрывать наш ввоз, так что мы теперь живём не по средствам. По мнению Майкла, это легко было предвидеть, но мы тешились надеждой, что все как-нибудь образуется. А оно не образовалось. Отсюда – национальное правительство и новые выборы.

– Способно ли оно что-то предпринять, если продержится?

– Майкл считает, что да, но он ведь неисправимый оптимист. Дядя Лоренс утверждает, что можно покончить с паникой, прекратить отлив денег из страны, вернуть фунту устойчивость и пресечь спекуляцию. Но это осуществимо лишь путём всеобщей и радикальной реконструкции, а на неё уйдёт лет двадцать, в течение которых мы будем все больше беднеть.