Шанди вдруг свистнул пронзительно:

– Берегись! Мильтоны!

По мосту, со стороны Пешта, приближались два милиционера. Стрикобраз пожал плечами:

– Ну и что?

– Заругаются.

– Пусть ругаются! А что мы такого делаем?

Однако тут все спохватились, что плевки плевками, а надо идти дальше. Часов никто не носил, но что времени прошло много, было ясно и без того. Ребята заторопились, будто и в самом деле удирали от флегматично шагающих милиционеров.

Обуда. Лаци слабо представлял, какая она – Обуда. Только смаковал красивое слово. Обуда. С этого берега виден был лишь гигантский газгольдер. Каким же великаном он должен быть вблизи! И это множество башен!..

Обуда…

Маленький отряд шагал по щербатым улицам с одним рядом домов, мимо пустырей, шлаковых отвалов, мусорных куч. Заводы, на тесной территории которых едва умещались цеха; к ним лепились, наподобие ласточкиных гнезд, конторы. Недостроенные заборы, покосившаяся будка, домик с палисадником, рядом четырехэтажный жилой дом, торчащий среди пустырей, как цифра «I»…

Дорога делала зигзаг; ребята увидели: полем можно срезать порядочный кусок. Гуськом сошли на узкую дорожку. Песок на тропе утоптан, на нем – следы велосипедных шин с узорным орнаментом. Шанди шел впереди. «Смотри, будто рельсы». И, выставив локти, задвигал руками: чух-чух, чух-чух… Тропинка среди травы была словно узкоколейка.

Стрикобраз рванулся вперед:

– Берегись, паровоз идет! С рельсов столкну! – Сшиб Шанди в траву и, загудев, промчался мимо.

Самого Йошку столкнул с рельсов старший Берек. Того – Фери. Так весело было мчаться по рельсам, свистеть, дудеть – «Берегись, паровоз идет!» – и сшибать друг друга в траву. Младшие Береки за животики хватались от смеха. Братья Береки были просто на удивление одинаковы. Белобрысые, белокожие. Особенно два младших, первоклассник и второклассник.