– Формой служит гипс?

– Нет, я использую вязкий кремний. Дело в том, что гипс не позволяет передать мельчайшие детали… А здесь, смотрите, даже заусенцы у основания ногтей и те ясно вырисовываются.

Я боязливо прикоснулся к нему кончиками пальцев – ощущение, точно потрогал что-то живое. И хотя я понимал, что это нечто искусственное, меня все равно охватил какой-то суеверный страх, будто я прикоснулся к смерти.

– Все-таки мне это представляется кощунством…

– И тем не менее все это – куски человеческого тела…

К. с гордым видом взял другой палец и срезом вниз поставил его вертикально на стол. Казалось, что мертвец, проткнув доску стола, высунул наружу палец.

– Попробуйте-ка сделать, чтобы он был вот таким, чуть грязноватым, это не так просто. Призываешь все свое мастерство, чтобы предельно точно воспроизвести тот или иной орган пациента, стараешься передать почти неуловимое, только ему присущее своеобразие… Это, например, средний палец, и поэтому внутренней стороне первой фаланги придан вот такой оттенок. Разве он не напоминает следы никотина?

– Наносили кисточкой или еще чем-нибудь?

– Отнюдь… – К. впервые громко рассмеялся. Краска ведь сотрется моментально. Изнутри, слой за слоем, накладываются вещества разных цветов. Например, ногти – тут поливинилацетат… Если нужно – полоска грязи под ногтями… суставы и линии морщин… вены – здесь нужна легкая синева… Вот так-то.

– Чем же они отличаются от обыкновенных ремесленных поделок? Их ведь может изготовить кто угодно?..

– Это конечно. – И, почесывая колено: – Но в сравнении с изготовлением лица все эти вещицы – лишь первые неуверенные шаги. Лицо есть лицо… Во-первых, существует такая вещь, как выражение. Верно? Морщинка или бугорок в какую-то десятую долю миллиметра, оказавшись на лице, приобретают огромное значение.

– Но подвижность-то вы ему не можете придать?

– Вы хотите слишком многого. – К., расставив ноги, повернулся ко мне. – Я отдал все силы, чтобы создать внешний облик, а вот подвижность – до этого еще не дошло.