Вспомнив эти слова, я повернулся к своей подруге и расхохотался.

— А ведь я знаю твою историю! Любитель гребного спорта был у тебя не первым!

— Ох, котик, первым, — лопни мои глаза!

— Врешь, кошечка!

— Да нет же, честное слово, не вру!

— Врешь. Расскажи мне, как было дело.

Она, видимо, была удивлена и заколебалась.

— Я ведь колдун, я лунатик, моя прелесть, — продолжал я. — Если ты не скажешь мне правды, я усыплю тебя и все узнаю сам.

Будучи глупа, как все подобные ей женщины, она испугалась.

— Как ты догадался? — пролепетала она.

— Да ну, говори же! — настаивал я.

— Э, да в первый раз почти ничего и не было! В наших краях был местный праздник, и для такого случая выписали самого лучшего повара, Александра. Он только приехал — и давай распоряжаться в доме. Всеми командовал — и хозяином и хозяйкой, — ни дать ни взять, король… Такой высокий, видный из себя мужчина, и торчать у плиты ему не улыбалось. То и дело кричал: «Дайте масла, дайте яиц, дайте мадеры!» И все сию секундочку ему подавай, бегом беги, а не то разозлится да такого наговорит, что вся с головы до ног покраснеешь.

А как день кончился, вышел он на крыльцо трубку выкурить. И вот иду это я мимо него с целой горой тарелок, а он мне и говорит: «Пойдем-ка, девочка, на речку, ты мне покажешь здешние места». Я и пошла, как дура, и только мы дошли до берега, он меня и повалил, да так быстро, что я не поняла, что это он со мной делает. Больше я его никогда и не видела.

— И это все? — спросил я.

— Ох, сдается мне, что Флорантен — от него! — запинаясь, проговорила она.

— Кто это — Флорантен?

— Это мой малыш!

— Ах, вот как! Великолепно! И ты, конечно, уверила твоего любителя гребного спорта, что он — папаша Флорантена?