– Стакан не проглоти!

– Оставь малость!

– Фиг вам, – говорит Степа. – Выходили бы, когда вас звали. Ну, давай, лектор, валяй дальше.

Я продолжаю:

– Сейчас Степа сказал золотые слова – душа просит. Точнее бы сказать, организм. И чем дальше, тем сильнее он просить начинает. И все сложнее с ним справиться. Все это мы сегодня увидим. Если, конечно, Степа от демонстрации не откажется. Серьезно, ты намерен работать?

– До победного конца! Из зала кричат:

– А утром продолжение будет? Про опохмелку?

– Нет, – говорю. – У нас лекция про алкоголь, а не про алкоголизм.

– Несправедливо! – кричат дружки. – Человек ведь завтра мучиться будет!!!

Девчонки кричат:

– Пусть мучается. Для науки. Один раз можно!

– Какой там один! Он каждый день пьяный! При нем можно целый институт держать антиалкогольный!

Но мужики несогласные:

– Слышь, лектор! Ты не все давай. Сто грамм оставь на утро!

Смотрю, моя лекция не туда пошла. Аудитория больше Степе сочувствует, чем мне. Хоть совсем закрывай эту антиводочную пропаганду. И никак моя беседа с опохмелки стронуться не может.

– Эй, – кричу, – когда вы тут сами гуляете, не больно-то вы про завтра думаете. А тут вдруг забеспокоились!

– Потому что обычно мы просто пьем. А здесь по науке. А по науке опохмеляться обязательно. Чтобы сердце не остановилось.

Я постарался разговор в другую сторону повернуть:

– Согласен. Может, действительно пьянство у нас как-то не так поставлено. (Спасибо Розову – главному говорильщику.) Не так организовано, как бесплатное лечение, например. То есть, не продумано. Может, нужно в городе позволить пенсионерам в подвалах пиво продавать и сосиски, как в Болгарии. Чтобы люди не в подворотне собирались побеседовать, а в кафе.

– А что? Давно пора. И от пенсионеров польза будет.