Мистер Эллин в полной тишине закончил свой завтрак; затем, так как на дворе стоял прекрасный морозный и ясный декабрьский денек (впрочем, нужно сказать, что мороз был не очень сильным), он оделся потеплее, взял свою трость и вышел из дому. Ветра на улице не было, и солнце светило довольно умеренно. Он уверенно шел по слегка припорошенной снегом дорожке. Решив удлинить свое путешествие, он пошел через поля, по извилистым узким тропинкам, на которые редко ступала нога человека. Когда же на его пути попадалось дерево, представлявшееся ему удобной опорой, он останавливался, прислонялся спиной к его стволу, скрещивал на груди руки и погружался в размышления. Если бы досужие сплетники увидели его в этот момент, то они, вне всякого сомнения, решили бы, что он думает о мисс Вилкокс; возможно, когда он доберется до Фашиа Лодж, по его поведению можно будет понять, насколько верно такое предположение.
Наконец он подошел к двери и позвонил. Его впустили и проводили в дом, но не в большую гостиную, а в комнату поменьше, которая принадлежала мисс Мейбл. Хозяйка этой комнаты, сидевшая за письменным столом, встала, чтобы поприветствовать гостя. Ее движения были довольно грациозны. Этому она научилась во Франции. В свое время она провела полгода в одной из школ Парижа, где научилась немного говорить по-французски и освоила многочисленные правила этикета.