— Что, дядя очень-очень злой человек? — спросил Энтони однажды свою тетку.

— Нет, он совсем не злой, — ответила тетка решительным тоном, — он лучше девяти человек из десяти, которые мне встречались.

— Так почему же он пойдет в ад?

— Он не должен был бы пойти, если бы сам этого не хотел, — ответила тетка. — Если бы он только мог поверить, он был бы спасен.

— Поверить чему? — спросил Энтони Джон.

— О, у меня нет времени толковать с тобой об этом, — ответила тетка: она воевала с плитой. — Поверить в то, что ему говорят.

— А кто ему говорит?

— Все, — объяснила тетка. — Я сама ему говорила, покуда не устала. Не задавай так много вопросов. Ты сделаешься таким же дурным, как он.

Ему было очень грустно думать о том, что дядя пойдет в ад. Почему бы ему не поверить в то, во что все верят, что бы это ни было?

Через несколько дней, вечером, тетка ушла в церковь. Дядя сидел у камина и курил трубку, перед ним сидел старый пес Симон и смотрел на него влюбленными глазами. Был прекрасный случай поговорить по душам.

Энтони вложил свою ручонку в огромную дядину лапу.

— Почему бы тебе не поверить? — спросил он.

Дядя повернул к нему свои маленькие мигающие глазки.

— Поверить во что? — спросил он в ответ.

— Во что все верят, — ответил мальчик.

Дядя покачал головой.

— Ты бы им не верил, — сказал он, — они сами верят не больше, чем верю я. Они это только говорят, потому что думают за это что-нибудь получить.

Дядя наклонился за кочергой и помешал огонь.

— Если бы они верили во все то, о чем говорят, — продолжал он, — наш мир имел бы совершенно другой вид. Я им всегда объяснял это, и вот именно на это-то они никогда не умели ответить и никогда и не сумеют ответить.

Он положил кочергу на место и снова повернулся к мальчику.

— Ты все это в свое время услышишь, мой милый, — сказал он. — «Люби ближнего, как самого себя», «делай другим то, что бы ты хотел, чтобы другие тебе делали», «продай все свое достояние и отдай его нищим» — вот что им говорит Бог. А ты видел когда-либо, чтобы они это делали?