– Д-да, – подтвердил он.

– В таком случае Вы понимаете, что такое тайная клятва? Вы не должны никому рассказывать о том, кто послал эти цветы. Сюда придет высокая юная леди с соломенными волосами и постарается заставить Вас выдать того, кто послал их. Вы не должны вспомнить. Возможно даже, что это мужчина. Вам ничего об этом не известно. Тайное общество в «Святой Урсуле» настолько более тайное, чем масонское общество, что даже само его существование является тайной. Вам ясно?

– Мне… да, мэм, – ухмыльнулся он.

– Если это выйдет наружу, – добавила она зловеще, – то за Вашу жизнь я не дам и цента.

Они с Присциллой внесли за цветы свою лепту в виде двух двадцатипятицентовых монеток.

– Это будет дорогое удовольствие, – вздохнула Пэтти. – Видимо, нам придется попросить у мисс Салли на дополнительные расходы, пока заседает этот комитет.

Когда принесли цветы, Мэй находилась в своей комнате, в окружении ближайших соратниц. Она приняла коробку в некотором замешательстве.

– Он посылает цветы не только по субботам, но и по средам! – воскликнула ее соседка по комнате. – Должно быть, он доведен до отчаяния.

Мэй открыла коробку в напряженной тишине.

– Восхитительно! – воскликнули они хором, хотя и с несколько небрежным оттенком. Они бы предпочли темно-красные розы.

Целую минуту Мэй разглядывала подарок, оцепенев от изумления. Она так долго притворялась, что уже сама почти поверила в существование Катберта. Свита ждала, и она собралась с силами, чтобы противостоять столь нежданному критическому моменту.

– Интересно, что означают подсолнухи? – тихо спросила она. – Наверное, они передают некое послание. Кто-нибудь знает язык цветов?

Языка цветов никто не знал, однако предположение их успокоило.

– Тут открытка! – Эвалина Смит извлекла ее из колючих лепестков.

Мэй сделала движение прочесть ее наедине, но до сих пор она была столь великодушна к своим конфидентам, что в такой интересный момент ей не позволили удалиться. Они склонились к ее плечу и прочитали вслух: