Капитан Развалина закатал правый рукав рубашки, обнаружив вторые наручные часики. «Четверг.» – обьявил он.

«Четверг! Но ведь должно быть воскресенье.»

«Всегда должно быть воскресенье, но, к сожалению, навряд ли оно всегда есть.»

«Какой сейчас месяц?» – спросила Алиса.

Развалина закатал правую штанину. Маленькие часики крепились на лодыжке. «Безрадостное двадцать четвёртое ноября в промозглом Манчестере.»

«Хоть тут Ваши часы правы!»

«Конечно, правы; в конце концов, часы ведь на правой ноге!»

«А какой сейчас год, скажите пожалуйста?» – весьма смущённо спросила Алиса.

Развалина сверился с ещё одними часиками, на сей раз застёгнутыми на левой лодыжке. «1998, разумеется.»

«1998!» – вскрикнула Алиса. «О Боже мой, я беспросветно опоздала к своему уроку. – „Я отправилась в путь в 1860 и до сих пор даже не добралась до письменного стола. Меня только за смертью посылать! Что же мне теперь делать?“

«Говоришь, ты покинула Дидсбери в 1860? Это … это … я даже не знаю, насколько это давно. А ты знаешь?» Алиса попыталась сообразить, но не смогла. «Ерунда» – сказал Развалина, – «я спрошу у бугра, насколько это давно.» – С этими словами он взял пинцет и вытащил из земли несколько термитов; он расставил их тут да там, и направил обратно в бугор. «Ответ придёт через несколько минут» – сказал он. И начал сверяться с чем-то, что лежало на его столе рядом с компьютермитным бугром.

«О, всё это так запутано» – вскричала Алиса, незаметно подбираясь поближе к столу, чтобы увидеть, что там рассматривал Капитан Развалина.

«Запутано? Великолепно!» – вскричал Капитан, не отвлекаясь от своего дела.

«Это вовсе не великолепно. Это крайне запутано.»

«Запутанное и есть великолепно.»

«Вы собираете головоломку?» – спросила Алиса, наконец осмелившись заглянуть через плечо барсука.

«Ничего подобного!» – вскипел Капитан. – «Это головозавр.»

«А какая разница?»