2.

Относительно А. в Тюмени можно сообщить следующее.

Во-первых, уже самое бытие Тюмени — и особенно ее области — в последние тридцать лет есть продукт сугубо авангардистского образа мысли: понастроить городов в тундре, и поселить огромные количества людей в тундре, где жить наиочевиднейшим образом нельзя, се есть как раз одно из самых чистых проявлений авангардистского лозунга

И на Марсе блядь заставим яблони цвести!

Что касается А. как сознательной художественной практики, то Тюмень всегда была слишком глухой глухоманью, чтобы она здесь существовала. Единственный сознательный авангардный деятель искусств здесь появляется лишь в 1980-е годы, и это М.Немиров, вся деятельность которого тех времен, как жизненная и художественная, имела в основании именно авангардистские догмы, которыми он в конце концов сумел увлечь и некоторое количество других молодых людей — см. Алкогольный клуб, Рок-клуб, «Инструкция по Выживанию».

Авангардизм этот был весьма провинциальным; Немиров М., был, конечно, персонажем значительно более продвинутым по этой части, нежели прочие обитатели города Тюмени, но не так, чтобы уж совсем: не дальше, в сущности Вознесенского и прочих советских авторов 1960-х. Поэтому какие-либо реальные художественные достижения указанного начинаются лишь с к конца 1980-х. когда в сознании его наступает просветление, и он становится нормальным современным автором постмодернистской эпохи, каковым и является с примерно 1989 года по сей день.

Так я полагаю 24 ноября 1997 года, в понедельник в 8.03 утра, являясь несколько с похмелья: вчера посещал дружбана своего Тер-Оганяна, который пребывает в состоянии запоя; с ним и я, естественного, выпил: собственно, я затем к нему и ездил: на халяву нахрюкаться.