– Будь по-вашему, – с неохотой сдалась Марина Николаевна. – Только, Егор, пожалуйста, не перенапрягайся. Помни про свои глаза. Я за тебя отвечаю перед твоей мамой.

– Буду помнить, тетя Марина, – покорно согласился он. Лучше было не спорить. Главное, выпускают из дома.

– И к обеду чтоб не опаздывали, – приказал дядя.

– Конечно! Не опоздаем, – вскочил на ноги Никифор.

Оседлав «железных коней», они отъехали всего двести метров от дома, когда он принялся командовать:

– Что ты, Граф, тащишься как черепаха! Давай, работай! Жми на педали. Чем быстрее доедем, тем больше времени на общение.

– Да и так изо всех сил жму, – пропыхтел Егор. Велосипед ему достался с таким тугим ходом, что колеса еле вертелись.

– Действительно после болезни ослаб? – стал подначивать друг.

Егор разозлился:

– Если у тебя сил чересчур много, предлагаю великами махнуться.

– Да какая мне разница? Без проблем. Бери мой, – легко уступил Никифор. – Только если быстро ездить не умеешь, это тебе не поможет.

Ход у дяди-Фединого велосипеда оказался не в пример легче. Егор птицей рванул вперед, оставив далеко позади себя немедленно запыхавшегося друга.

– Стой, Граф, погоди! – заныл он. – Ты все равно дороги не знаешь! Не туда сворачиваешь.

Егор, сжалившись над ним, затормозил. Круглая физиономия Коржика блестела от пота.

– Идиотский велик! Перебирать его надо, тут неправильная пропорция шестерен.

– Не знаю уж, что там неправильно, но быстро на нем не поедешь, – подтвердил Егор.

– Разберемся, – заверил Коржиков. – Пусть дядя Федя потом помозгует. А пока будем ездить на нем по очереди.

Путь они продолжали медленно.

– Лучше бы поплыли сегодня опять на лодке, – то и дело неслись в спину Егора причитания друга. – Скорее бы добрались.