Ребята рассмеялись.

– Вот дура, блин! – сказала Катя. – Правда, солнце?

Левая рука её лежала между животом и грудью, правая держала сигарету.

– Да уж, – подтвердил Артемий.

Он уселся прямо на полу, смешно согнув свои длиннющие конечности. Рядом была книга. «Дурь» – прочёл Алеша на обложке.

– Рекомендую, – указал Артемий на своё новое чтение. – Это прям шедевр контркультуры.

– А про что? – просил Алёша.

– Да про всё! Чувак буквально растоптал нафиг условности, всю западную хрень! Реально, выражение протеста!

Радистка извлекла том из любимых рук и важно принялась его рассматривать.

– Да, вещь довольно жёсткая, – продолжил парень. – Но тут вся жизнь как она есть!

Радистка отложила книгу, снова положила руку между животом и грудью и, откинув голову, картинно выпустила дым. «Уж я-то знаю жизнь, как она есть», – сказала эта поза Алексею.

– Чего там? Беллетристика… – с иронией отозвался программист. – Не этим надо заниматься!

– Точно! – вставил Виктор. – Надо дело делать, а не из пустого, блин, в порожнее…

– Нет, так-то я не против беллетристики, – поправился Серёжа. – Только вот что толку? Кто нынче её читает? Вот мы, шестеро. А масса потребителей – им ведь этого не надо. То есть, надо, только они сами… ну… знать не желают. У них телек есть.

– Да. Общество тотального спектакля, – подтвердил Аркадий. – Засорённые рекламами мозги.

По лицу Артёма пробежала тень обиды, тут же скрывшись. Между тем он закурил шестую:

– Я считаю, мы должны пропагандировать. Это наш долг. И вот что: с обществом спектакля следует бороться его собственными методами. Мм? Ты как, Алёша?

– Я согласен.