– Классно. Особенно этот рассказ, ну… где она с обезьянами и быками.

– Сколько раз спустил, признавайся?

Вэк ржет.

– А что за тетрадка? – спрашиваю я.

– Ну, обыкновенная тетрадка. С рассказами, – отвечает Клок. – Короче, там про то, как баба ебется. И со зверями всякими тоже.

– А тетрадка твоя?

– Нет, я сам у пацана взял. А ты что, тоже хочешь подрочить? – Вэк ухмыляется.

– Не подрочить, а почитать.

– Ладно, Клок вернет – тогда я тебе дам.

– А ты вообще пробовал уже дрочить? – спрашивает у меня Бык.

– Нет.

– Не пизди. Все пацаны пробовали, – Вэк смотрел на меня и ждал, что я расколюсь. – Даже Кощей – пока операцию не сделали.

– Какую операцию? Кастрировали?

Бык ржет:

– Охуенно кастрировали. Аппендицит.

– И что, после аппендицита нельзя дрочить?

– Можно, но не сразу. А то шов разойдется. Мне говорил один мужик – ему только сделали, и он дня через два сразу на бабу полез – на медсестру, прямо в больнице. Только засадил – и сразу, говорит, блядь, что-то лопнуло. Думал, уже хуй оторвался, а это только шов разошелся.

– Пиздит он.

– Не-а, это правда. Ладно, ты лучше колись, не верю, что не пробовал дрочить.

– Можешь не верить. Пошел ты на хуй.

– Сам пошел. А то дал бы тебе картинок.

– Каких картинок?

– Баб голых.

– Покажи.

– Зачем тебе, если ты не дрочишь?

– Так, посмотреть.

– Ладно, смотри.

Он достает из кармана фотографии по размеру карт – это и есть карты, только перефотографированные. На одной баба стоит на коленях, раком, оттопырив жопу так, чтобы была видна дырка и черные волосы вокруг нее.

– Заебись, правда? – спрашивает Бык. – Сразу встает. Дать тебе до завтра, лысого погонять?

– Это у тебя, наверное, лысый, а у меня все в порядке.

– Ладно. Не хочешь, как хочешь.

Он прячет карты.

– Обезьяну знаете? Ну, это пацан из «основных». Так ебется, что скоро импотентом станет, – говорит Вэк.